заметки. Я нашел их превосходными.

– Как… приятно с вашей стороны.

– Но я задаюсь вопросом: приходили ли вы к тем же заключениям, которые сделал я? Вы

когда-либо пытались проанализировать проблему с дедуктивной стороны? Я имею в виду, что это,

конечно, очень впечатляюще – прочесывать звезды наугад. Все, что вы сделали в этих пяти

экспедициях – это весьма широкие скачки от звезды к звезде. Это очевидно. Но подсчитали ли вы,

сколько времени займет перебор всех известных миров при таких темпах?

– Да. Несколько раз, – Притчер не испытывал желания идти навстречу молодому человеку, но

важно было уловить ход его неконтролируемой и, следовательно, непредсказуемой мысли.

– Что ж, тогда попробуем подойти к делу аналитически и постараемся для начала определить,

что именно мы разыскиваем.

– Второе Установление, – угрюмо сказал Притчер.

– Установление психологов, – поправил Чаннис, – которое так же слабо в физике, как Первое

Установление было слабо в психологии. Да вы же сами с Первого Установления, не я. Значит, выводы

для вас должны быть очевидны. Мы должны отыскать мир, управляемый силой ментального

искусства и, тем не менее, очень отсталый в научном смысле.

– Разве эта связь обязательна? – спокойно спросил Притчер. – Наш собственный Союз Миров

не является научно отсталым, даже при том, что наш правитель своей силой обязан ментальным

возможностям.

– Потому что он опирается на культуру Первого Установления, – последовал слегка

нетерпеливый ответ, – оно же является единственным в Галактике вместилищем знаний такого рода.

Второе Установление должно питаться сухими крохами рухнувшей Галактической Империи. Им

нечем там поживиться.

– Значит, вы утверждаете, будто они обладают ментальной силой, достаточной для

распространения их власти на группу планет, и одновременно физически беспомощны?